Конфетница » Сказки » Турецкие сказки

Девушка-кофейщик

ыло — не было, а в прежние времена жил бедный человек, и были у него девочка и мальчик.

И вот однажды решил он отправиться вместе с мальчиком в хадж[1]. Но на кого же оставить девочку? Думали они с сыном, гадали и решили поручить ее имаму[2] своего квартала.

Тот соглашается, и отец начинает готовиться в дорогу. Повидавшись со своими друзьями-приятелями и распростившись со всеми, он вместе с сыном отправляется в путь.

Проходит месяц.

«Стой-ка, а как живет эта девочка одна-одинешенька? — вспоминает однажды имам, — может, ей что-нибудь надо?»

Он идет к ее дому, стучится. Девушка подходит к двери, имам спрашивает, не надо ли чего-нибудь, а она из-за двери отвечает:

— Нет, у меня пока все есть, мне ничего не надо.

— Когда тебе что-нибудь понадобится, дай мне знать, — наказывает ей имам.

Разговаривая с девушкой, он в щелку заметил, что она очень хороша собой, и влюбился в нее. В раздумье имам идет домой, приходит и велит позвать старуху, которая живет в том же квартале.

— Бабушка, делай что хочешь, а только уговори эту девицу и приведи ее ко мне в дом, — просит он.

— Помилуй, имам-эфенди, да как я могу уговорить чужую девушку?

Имам дает ей пятьсот курушей.

— Теперь ты, наверное, найдешь способ.

Как получила старуха пятьсот курушей, сразу стала более покладистой.

— Ну ладно, для тебя постараюсь. Вывести ее из дому, конечно, трудно, разве только в баню удастся. Ты скажи хозяину бани, пусть он туда завтра никого не пускает, а сам пройди, сядь и сиди. В баню я девочку приведу, а там уж твое дело!

Так они и сговариваются.

Старуха идет прямо в дом девушки, стучит в дверь, но та не открывает. Бабка старается и так и этак и, уговорив ее в конце концов открыть дверь, входит в дом.

— Ах, доченька, я ведь знала твою мать. Я услыхала, что ты осталась одна, вот и пришла развлечь тебя немного.

Девочка осталась очень довольна старухой. В ту ночь она не отпускает ее, оставляет у себя как гостью. Они укладываются спать, а утром старуха будит ее:

— Ну-ка, доченька, вставай, приоденься. Сведу-ка я тебя в баню, а потом мы пойдем к молле[3], там сегодня свадьба, и ты немного повеселишься.

Девушка не хочет идти, а старуха уговаривает ее:

— Не бойся, доченька, неужели я сделаю тебе какое-нибудь зло? Ты только прогуляешься, а потом я опять приведу тебядомой. Никакого вреда от этого не будет. — И принуждает ее согласиться.

Девочка одевается и вместе со старухой выходит на улицу. Они идут прямо в баню, и старуха вталкивает ее туда.

— Иди, доченька, иди, мойся. У меня тут есть кое-какие дела, я пойду, а потом приду за тобой, — успокаивает она ее, а сама уходит совсем.

А девушке почем знать, что будет? Она входит в баню, смотрит: никого нет. «Что же это такое?» — думает она. А в это время появляется имам и начинает к ней приставать.

— Помилуй, имам-эфенди, не будь таким нетерпеливым, здесь никого нет, я — твоя, ты — мой. Давай только сперва помоем хорошенько друг друга, а там и найдем свое удовольствие, — говорит она. — Раздевайся вперед ты, сперва я тебя помою, а потом ты меня вымоешь.

Имам соглашается: раздевается и садится перед каменной раковиной. Девушка, намылив ему голову, хорошенько взбивает пену и залепляет имаму лицо.

Потом она набрасывает на себя фередже, выходит из бани, пишет на двери: «Летом вошла, осенью вышла, девушкой вошла, девушкой вышла», — и уходит.

А имам сидит у раковины, ждет-ждет: никто не идет ни туда, ни сюда. Он обмывает себе лицо и идет искать девушку, но вместо нее ветер свищет. На двери он замечает надпись.

— Черт возьми, эта девка меня обманула! Ну, я ей покажу — она меня до самой смерти не забудет, — грозится он и идет домой.

И вот имам пишет отцу девушки: «Ты поручил мне свою дочь, но она пошла по скверной дорожке, день и ночь дверь ее дома открыта: кто в нее входит и кто выходит — неизвестно», — и отсылает письмо.

Как только оно дошло до отца девушки, бедняга чуть не умер с горя.

«О ужас, дочь меня опозорила! С каким лицом приеду я теперь на родину? Чем иметь таких детей, лучше не иметь их вовсе», — думает он, а потом говорит сыну:

— Ну-ка, сынок, поезжай на родину вместо меня, возьми свою сестру, выведи в степь и отруби ей голову, а я приеду сейчас же вслед за тобой.

Мальчик отправляется по приказанию отца на родину, смотрит: сестра его живет как полагается — ничего плохого нет. Однако не выполнить отцовского приказания сын не может.

— Пойдем-ка, выйдем навстречу отцу, он сильно отстал, — обманывает мальчик сестру.

Девушка поверила брату, одела фередже, и они вышли в степь.

Когда они добрались до безлюдного места и юноше нужно бы зарезать девушку, он не решается это сделать и рассказывает сестре о приказании отца.

— Что мне делать? Я должен выполнить приказание отца, а мне тебя жалко. Уходи отсюда куда глаза глядят, — говорит он, оставляет девушку в степи, а сам возвращается домой.

А мы перейдем к девушке. Бедняжка осталась одна-одинешенька в степях аллаха; горько-горько плача, бредет она, спасая свою голову. Идет-идет, подходит к роднику, около которого стоит дерево. Она влезает на него и усаживается там.

А в тех местах жил молодой бей. Конюх бея каждый день поил коней из этого источника. В тот день он также пришел; подвел коней к роднику, а они, увидев в воде отражение девочки, не стали пить воду, стали фыркать. Как ни старался конюх, так и не напоил коней. Тогда он идет к бею и докладывает:

— Кони не пьют воду, должно заболели.

Бей сам отправляется к роднику. Посмотрел в воду — а там отражение девушки; поднял голову кверху, глядь! — на дереве сидит девица, прекрасная, как четырнадцатидневная луна.

Как ни уговаривал ее бей: «Девушка, сойди вниз!» — она боится, не спускается. В конце концов он заставляет ее сойти с дерева и приводит к себе в дом.

А так как бей был холост, то он решает взять ее себе в жены по закону аллаха.

После свадебного праздника они стали жить вместе. Проходит один день, проходят три дня... жена бея становится тяжелой. Как только проходит девять месяцев и десять дней, она рождает мальчика, и его передают кормилице.

Пусть мальчик растет, — такова сказка, — а женщина, снова затяжелев, рождает на этот раз девочку. С этих пор радостям бея нет конца; от любви к детям он чуть не теряет рассудок. И вот мальчику исполняется два года, девочке — один.

Однажды жена бея вспомнила своего отца и стала плакать. И так плакала, что у нее от слез глаза опухли. А как раз в это время пришел бей. Как увидел, что жена плачет, стал расспрашивать, что у нее за горе.

— Как мне не плакать? У меня есть отец, есть брат; вот уже сколько времени, как я с ними разлучена. Хотя здесь меня считают безродной, я — дитя своих родителей. Очень мне хочется повидать их да к тому же показать своих детей: пусть посмотрят на них, полюбуются!

А так как бей сильно любил свою жену, то никогда ей не перечил.

— Хорошо, — соглашается он, — раз так, я отправлю тебяк твоему отцу, а потом через несколько дней приеду и сам, — и велит сделать приготовления к отъезду.

Затем он сажает их в повозку, приставляет к ним двух человек и конюха.

— Ну, сперва аллах, а потом ты! Заботьтесь о ней хорошенько, — наказывает он конюху.

И вот они отправляются в путь; едут до вечера, приезжают в степь и останавливаются на ночлег; разводят огонь, едят, отдыхают, потом ложатся спать.

В полночь конюх поднимается и идет к жене бея.

— Еще тогда, когда бей заставил тебя сойти с дерева, тымне приглянулась; пусти меня к себе, — я посплю с тобой.

Напрасно она гонит его:

— Уйди вон от меня, я тебе не отдамся!

Конюх настаивает:

— Тогда тебе конец — будь я не я!

И они начинают спор.

— Раз ты не хочешь, я зарежу твоего мальчика! — С этими словами он убивает ее сына.

Проходит немного времени, он приходит снова.

— Или ты мне отдашься, или я зарежу твою девочку.

Женщина и на этот раз отказывается, тогда конюх убивает ее дочку. Проходит еще немного времени, он приходит опять.

— Или ты мне отдашься, или я тебя убью.

— Хочешь убить — убивай, а чести своей я не запятнаю, — говорит она, и конюх бросается на нее.

Бедная женщина видит, что от него нет спасения.

— Помилуй, потерпи немного, я выйду ненадолго по своим делам, а потом приду, и мы ляжем друг другу в объятия: я — твоя, ты — мой.

— Если ты выйдешь, то назад не придешь.

— Да куда я пойду в такую ночь? Не веришь — привяжи к моим ногам веревку: если я долго не приду, потянешь веревку и волоком втащишь меня в палатку.

Конюх привязывает веревку к ноге девушки и выпускает ее. Она выходит из палатки, обматывает веревку вокруг куста, а сама бросается бежать.

Пусть она себе бежит, а здесь конюх ждет-пождет, от девушки ни слуху ни духу. Он выходит из палатки, глядь! — конец веревки обмотан вокруг куста, и только ветер свищет. Он скорее будит остальных людей.

— Эй вы, вставайте! Чего спите? Глядите: эта женщина убила своих детей, а сама убежала! — кричит он.

Слуги вскакивают, ищут девушку и не могут найти. Что делать? Они возвращаются назад и приходят к бею. Бей очень удивился их быстрому возвращению.

— Ну как, отвезли? — спрашивает он.

И люди рассказывают ему о том, что случилось. Бей очень огорчился, однако не мог этому поверить.

— Нет, — сказал он, — тут что-то не так!

А мы перейдем к беглянке. Она бежит-бежит и встречает пастуха.

— Смилуйся, пастух, давай поменяемся с тобой одеждами: ты возьми мои, а я возьму твои.

Пастух видит, что ее одежды расшиты шелком , и соглашается.

Переодевшись, она идет-идет, долго идет и приходит в город своего отца. А отец ее был хозяином кофейни. Она идет прямо к нему.

— Сделай милость, дядюшка кофейщик, возьми меня к себе в подмастерья!

Отец ее смотрит, видит: перед ним пастух.

— Что ты, милый? Да что понимает пастух в кофейном деле?

— Я буду тебе мыть чашки для кофе, носить воду, подметать; ты только корми меня, больше мне ничего не нужно, — убеждает его она, и тот дает согласие.

И вот девушка служит у него, а бей тем временем берет с собой конюха и отправляется в путь-дорогу искать жену.

Ездит он из деревни в деревню, из города в город, наконец в один из дней приезжает в то место, где находится его жена, и останавливается гостем как раз в кофейне отца. Она сразу узнает бея, но вида не показывает.

Бей гостит там одну-две ночи.

Как-то вечером имам-эфенди, отец девушки, ее брат, бей и конюх бея сидели в кофейне, рассказывали друг другу разные истории, а потом обращаются к ней:

— Эй, пастух, а ты не знаешь чего-нибудь, чтобы нам рассказать?

— Откуда мне знать? Что может рассказать пастух? Но вот я слыхал от матери своей одну сказку, желаете — расскажу.

— Очень хорошо, расскажи, почему бы нам не желать?

— Но только сказка, которую я буду рассказывать, очень длинная, вставать и выходить за дверь нельзя. Если кому надо выйти, пусть выйдет сейчас, потом я не пущу, — предупреждает она.

Все соглашаются, выходят по очереди и, справив свои дела, собираются около девушки-пастуха. А она, крепко закрыв дверь кофейни на засов, садится и начинает рассказывать:

— Вот... было — не было, а в прежние времена жила одна девочка. Отец ее, отправляясь в хадж, поручил свою дочь имаму квартала. А девушка эта приглянулась имаму; однако как ни старался он заполучить ее, она не поддалась на уговоры и убежала. Тогда имам послал отцу ее весть, что у дочери его дверь открыта и неизвестно, кто в нее входит и кто выходит...

«Ой, мои проделки выплывут наружу», — думает имам.

— Ах, ах, у меня сердце болит, я выйду вон! — говорит он, а девушка-пастух отвечает:

— Нет, выходить нельзя — я с вами условился заранее.

Раз она так сказала, что делать имаму? — он садится на свое место. Девушка продолжает:

— И вот... — и рассказывает все как было по порядку. И когда она дошла до того места, где конюх посягнул на ее честь и убил детей, тот встает и хочет выйти.

— Ой-ой, у меня сердце схватило, я выйду вон.

Бей, поняв, в чем дело, тут же убивает имама и конюха, а в пастухе признает свою жену.

Девушка кидается в объятия своему отцу и брату и еще раз рассказывает все подробно, что произошло с ней — от самого начала до самого конца.

Бей покупает в той стране конак, опять празднует свадьбу сорок дней, сорок ночей и снова соединяется с девушкой. Так они живут в том месте до самой смерти.

 

Перевод с турецкого Н. Цветинович

 

1 — Хадж — паломничество в Мекку, которое мусульманин обязан совершить хоть раз в жизни для поклонения «священному камню» в храме Каабы и участия в религиозном обряде «Праздник жертв».

2 — Имам — глава мусульманской религиозной общины, руководящий молитвой в мечети.

3 — Молла — духовный руководитель и наставник.

Оставить комментарий:


 
If you have trouble reading the code, click on the code itself to generate a new random code.
 

Анонсы

1.06.2015:
№81 "Много лет спустя"

Сказка дня

Деревянный орел

некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь. И было у царя множество слуг. Да не простых прислужников, а разных мастеров: и столяров, и гончаров, и портных. Любил царь, чтобы и платье у него лучше, чем у других, было сшито, и посуда хитрее расписана, и дворец резьбою украшен. Мастеров в царском дворце видимо-невидимо было. Все они по утрам собирались к царскому выходу и ждали, кому какое дело царь на сегодня назначит. И вот случилось раз, что столкнулись у царского порога золотых дел мастер и столяр.

Узнать, что было дальше

Яндекс цитирования