Метки для сказок

Новеллистические сказки

Любители сказок

Жили старик со старухой, которые до старости любили слушать сказки: они пускали к себе ночевать только тех прохожих, которые соглашались всю ночь сказки сказывать. Вот раз идет николаевский солдат и просится к ним ночевать. «А ты будешь сказки сказывать?» — «Буду».— «Ну, проходи». Вот он ранец снял, шинель и сел на лавку, а старуха к нему: «Ну, ты чо молчишь, служивый; Рассказывай!» — «Да ты чо, старая! Не накормила, да сказывай! Ты сперва есть дай».

Слуга-сказочник

Ну вот, был-жил барин, а у него был слуга. Этот барин все заставляет слугу сказки сказывать и очень был любопытный слушать. Л слуга не знал, что и сказывать, сказок не знал совсем. А барин все заставляет и заставляет. Вот слуге это надоело, и думает: «Ну, давай тебе скажу уж!» И начинает: «Вот раз мы, барин, с тобой шли, шли, шли, шли, шли...» Барину надоело это слово «шли», и он спрашивает: «Да куда мы пришли-то?» А тот все свое: «Вот мы, барин, с тобой шли, шли, шли, шли, шли...» Осерчал он и прогнал слугу прочь.

Любитель сказок

В некотором царстве, в некотором государстве жил-был мужик; у него три сына: два умных, третий дурак. Послал их отец землю пахать. Вот они пахали, пахали — до самого вечера, пришлось ночевать в поле; надо на ужин кашу варить, да за огнем куда идтить? Старший брат взлез на дерево, туда-сюда поглазел и увидел: в одной стороне как будто огонь горит; слез наземь и пошел огня добывать. Идет себе да идет — стоит на пути избушка на курьих ножках, на собачьих пятках, а в избушке сидит седой старик. «Здорово, дедушка!» —

Лгало и Подлыгало

Были такие два лгуна — Лгало и Подлыгало. Один лжет, другой подлыгает. Так только и жили. Работать не любили, а враньем деньги добывали. Пойдут в деревню: один в одну избу, а другой в другую... Зашли раз Лгало да Подлыгало в деревню; один в одной избе остановился, другой — в другой, будто рассердились дорогой. Вошел Лгало в избу, а изба у мужика новая. Лгало избу хвалит, а хозяин рад. «Да,— говорит,— изба добрая, такого лесу теперь нигде не найдешь!»

Небылая небылица

Жили-были три брата. Пришлось им в лес на работу идти. Пришлось в лесу ночевать, а огня у них не было. Они заставили старшего брата лезти на березу. «Не увидишь ли,— говорят,— где огня, туда и пойдем поищем». Он заЛез на березу и увидел там, в какой-то стороне, дале-е-ко, огонь сверкает, и пошел. Шел он лесом много ли, мало ли, дошел до избушки. Зашел в избушку — никем-никого нет в этой избушке. Взглянул на полати — там старик лежит из стены в стену, а нос в потолок врос, по быку за раз съедает.

Не любо — не слушай

У одного старика было три сына: старший — говорлив, средний — говорлив, а малый — как черт, все молчит. Пошли эти детки лесовать, а огниво1 дома позабыли. Ходили день до вечера, привелось ужинать, а огня нету. Большой брат был смысловатее: взлез на лесину, увидал — вдалеке огонек горит, и пошел в ту сторону. Приходит к старику: «Здравствуй, добрый человек! Дай огня». —«Нет, брат, скажи небыль, тогда и огня дам; а скажешь быль — из спины ремень выкрою».

Немал-великан

Жили три брата. Старший да средний были умные, а третий был не шибко умный. Поехали они один раз сено косить. Вот косят они, косят, умаялись. Уж и ужинать пришла пора. Костер надо разводить, а они и спячки-то взять забыли. Как им тут быть? Сидят, горюют. Глядят, а вдали огонек мелькнул. Пошел старший брат огонек добывать. Шел он, шел, вдруг видит: огонь пылает, а рядом Немал-великан сидит. «Дай огоньку, дядька»,— говорит старший. «А расскажешь мне двенадцать небылиц?»—говорит тот.

Завещанье

Жил-был мужик; умирает его отец и говорит: «Ты, мой сын, живи так, чтобы ты никому не кланялся, а тебе бы все кланялись, и калачи бы ел с медом!» Умер отец, а этот мужик живет год, прожил сто рублей, никому не кланялся и все калачи ел с медом. Живет другой, прожил другую сотню, на третий год прожил третью сотню. И думает: «Что же зто? Сотни-то у меня не прибавляются, а все убавляются!» Приходит, рассказывает дяде.

Мудрый отец

В одной деревне жил мужик. У мужика было семь сынов. Сыны захотели делиться. Отец видит, что сыны уже делиться хочут, он и сказывает сынам: «Можно делиться, ребята, но только будете жить раздельно, так у вас силы не будет». И они сказывают отцу: «Как силы не будет? Какая была, такая и будет!» Отец им отвечает: «Нет, сыны, такой силы не будет у вас! Вот мы живем сейчас в куче — нет одного у нас, дело справляется, а если ты будешь один жить, там, где-нибудь, останется». Вот отец пошел, берет под лоханкой веник и приносит им.

Мельникова наука

Жили-были старик со старухой, было у них три сына. Однажды насыпал отец воз ржи и послал младшего: «Свези,— говорит,— па мельницу, смели, к вечеру дома будешь». Поехал сын и вскорости воротился. Говорит: «Не стали молоть. Отказались».— «Почему отказались?— спрашивает отец.— Расскажи, как дело было». — «Да как дело было! Говорю я мельнику: «Смели мне муку». А он говорит: «Не стану». Я и поехал домой». Отец покрутил головой и говорит: «Моя ошибка - не надо было третьего сына посылать».

Что дальше слышно

Жил вдовый крестьянин, было у него три сына, и все были женаты. Жил старик исправно, дети его слушались, и братья между собой жили дружно. Все было хорошо, да одно неладно: невестки между собой жили недружно, постоянно ругались, а все из-за того, что каждая из них хотела болынухой быть. Все были на деле исправны, и каждая из них могла быть болыпухой. Наскучили старику перекоры невесток; однажды он призвал сыновей и говорит им: «У невесток каждый день споры, дым коромыслом, надо это прикончить»...

Две сестры

Жили-были две сестры. Одна была за купцом в городу, а другая за мужиком в деревне. Вот приехала городская в деревню погостить к сестре. Та стала ее угощать, а та стала чваниться, то ей невкусно да то нехорошо: «Мы,— говорит,— в городу и домашнице этого не дадим, ни сами есть!» А мужик сидит на печи и слушает, €тало ему обидно: «Эх,— говорит,— у меня земли мало; кабы земли у меня было много, так и самого черта не убоялся — не то городских гостей!» А черт за печкой стоял да слушал...

Скупой свекор

В одном селе жил-был старик, да такой скупой, прижимистый! Как сядет за стол, нарежет хлеба, сидит да на снох посматривает: то на ту, то на другую, а сам ничего не ест. Вот, глядя на него, и снохи тоже поглазеют-поглазеют, да и полезут вон из-за стола голодные. А старик опосля, только что уйдут они по работам, втихомолку наестся, напьется и разляжется на печи сытехонек. Вот однова отпросилась меньшая сноха и пошла к своему отцу, к матери и стала жаловаться на свекра: такой-де лютый, ненавистный!

Богатый солдат

Служил мужицкий сын бедный на службе семь лет. Ну, сам себя он вел чисто, хотя военная одежа была. Понравилась ему одна девчонка самостоятельная. Он начал к ней подхаживать, ее обманывать, что я тебя бы желал взять замуж, как отслужу службу. Она и говорит: «А что, ты здесь останешься жить?» Он отвечает ей: «Как же я здесь могу остаться жить, когда у меня дома свои две лавки есть и две мельницы; и я останусь здесь жить, то тогда надо на военную службу опять поступать каким-нибудь фельдфебелем, тоже будут смеяться...

Мена

Жил мужик с бабою; была у них пара волов, а телеги не было. Куда ни соберутся ехать — бежит мужик по деревне искать телеги, и уж худо-худо — разов по пяти брал он телегу у каждого хозяина! До того дошло дело, что перестали давать ему; куда ни сунется, всякий срамит его: «Какой ты мужик! Пару волов имеешь, а телеги не справишь!» Соберется мужик в дорогу, а ехать не на чем; посуетится-посуетится да так дома и останется. «Послушай, муженек,— сказывает жена,— поведи волов на ярмарку, продай да за эти деньги купи телегу; пускай у нас своя будет!

Три поцелуя

Были-жили старуха да старик. Был у них худючий конь. Остарел, ничего робить не мог. Старуха и говорит: «Коня надо продать, зря только сено сводит». Старик и пошел коня продавать. Шел-шел, в Мезени-реке купец тонет. Старик его и вытащил, купец и дал ему горшок золота. «А я,— говорит,— на твоем коне протру хаю». Мужик срадовался, пошел домой. Горшок нести тяжело. Встретился ему мужик, ведет корову на вязке: «А что, мужичок, несешь?» — «А горшок с золотом».— «А не хочешь ли сменять золото на корову?» — «Давай»,— говорит.

Глуповатый старик

Дося жил-был старик да старуха. Старик старухе говорит: «Старуха, навари-ка киселя блюдо, а я пойду к царю на именины». Старуха утром встала, киселя блюдо наварила, старик и понес к царю, может, к Николаю. Приходит к царю и поздравил там царя с ангелом и подает ему киселя блюдо. (Прежде доступно было к царям ходить, видно.) Ну, царь его поблагодарил и угостил, и дал за то ему золоту тетерку. Старик и пошел домой. Попадается ему навстречу пастух — гонит стадо лошадей.

Болтливая старуха

Жили-были старик со старухой. И не умела старуха язык держать за зубами. Бывало, что ни услышит от мужа, сейчас вся деревня узнает. Да не столько старуха правды скажет, сколько наплетет да наврет. Вот однажды пошел старик в лес за дровами. Ступил в одно место ногой — нога и провалилась. «Что такое? — думает старик.— Погляжу-ка». Сломал сук, копнул им раз, другой, третий и вырыл котел, полный золота. Ну и удача! Только как домой взять? От болтливой жены не укроешься. Она всему свету раззвонит. Еще беды наживешь!

Война горшков

У старухи было два сына. Оба солдаты. Мать и спрашивает: «Детушки, а что это такое война?» А они говорят: «Тебе дела нет!» (А с французом тогда дрались, да, да, дорогие мои! И старухе они никогда не говорили про войну. И тогда николаевским солдатам земли не давали. Они побирались; их дарили хорошо, жалели. Приходит солдат николаевский: «Здравствуй, бабушка!»— «Здравствуй, сынок. Ты солдат?» — «Солдат».— «Насчет войны-то как?» —«Знаю, бабушка... Могу показать! А где ваши дети?»

Вороватый мужик

Жила-была старуха, у ней было два сына: один-то помер, а другой в дальню сторону уехал. Дня три спустя как уехал сын, приходит к ней солдат и просится: «Бабушка, пусти ночевать».— «Иди, родимый. Да ты откудова?» — «Я, бабушка, Нико-нец, с того свету выходец».— «Ах, золотой мой! У меня сыночек помер; не видал ли ты его?» — «Как же, видел; мы с ним в одной горнице жили».—«Что ты!» — «Он, бабушка, на том свете журавлей пасет».— «Ах, родненький, чай, он с ними замаялся?» — «Еще как замаялся!..»

Проделки солдата

Раньше в солдатах служили долго-предолго ведь. По двадцать пять лет. Ну и вот, один солдат отслужил свою службу военную — двадцать пять лет. Пошел он домой напрямик, чтобы скорей попасть к своим. Шел, шел он и зашел к одной старухе в деревне переночевать. Старуха его пустила, конечно. Солдат с дороги устал, исть хочет. И говорит старухе: «Бабушка! Дай мне чего-нибудь поисть». — «Да что же я,— говорит старуха,— шолдатик, дам поишь-то,— а сама шепелявит так вот.— Ничего у меня нету,— говорит,— шолдатик».

С того света выходец

Приходит солдат к старухе: «Здравствуй, бабушка!» — «Кормилец, откуда ты?» — «Я с того свету выходец».— «А мой сынок? В Егорьев день его хоронили, может, видел?» — «Видел, бабушка! Твой сын у бога коров пасет, да коровушку потерял, бог с него двадцать пять рублей требует, а где он возьмет?»— «Вот у меня,— говорит старуха,— двадцать рублей есть, а больше нет. У меня в этом сундуке много денег, да хозяина нет»... —«Бабушка, бог не мужик, попросим — за пятеркой не погонится. Давай сюда!» — «Сапоги его еще возьми, снаряды все!»

Гаган Гаганыч

Жил мужик богатый. И никого ночевать не пускал. Солдат идет, а в деревне собрались мужички толпой вечером. Поздравствовался. Так один мужичок говорит: «Солдатик, пойдем ко мне ночевать». Видит солдат на краю очень богатый дом, роскошный. Постройка очень богатая. «Я,— говорит,— пойду к этому мужичку ночевать».— «Он,— говорят,— ночевать не пускает! Он жадный, скупой. С хозяйкой живет».— «Не может быть!» Пошел солдат к этому богатому мужичку. Во дворе ворота еще не были закрыты.

Бычок-адвокат

У одного крестьянина сын учился в городе, и когда он кончил ученье, приехал к отцу повидаться. Одет хорошо, держится важно, говорит по-ученому. Вот мужики и говорят его отцу: «Вот сын-то у тебя ученый приехал, так хотя бы нас угостил» Приходит отец домой и рассказывает сыну, а тот засмеялся и говорит: «Ну, так вот,— говорит,— купи ведро вина да угости их, пусть пьют». Отец так и сделал. Пришли гости, сидят, выпивают, разговаривают. А он и говорит: «В городе,— говорит,— из скотины человека делают».

Черный день

Жили двое стариков, всю жизнь работали, не разгибая спины. Старость подходит, старик и говорит: «Старуха, надо будет нам, какой грош останется, прикладывать на черный дены Придет черный день, чо будем делать?» Ладно. Притащила старуха корчажку (тогда все в корчагах деньгу-то хоронили), и стали они копить, во всем себе отказывали, все копили, и уж полна корчага на полатях стоит. Поехал один раз старик на базар, а старуха дома. Прибралась с хозяйством, села к окну, глядит: по улице кто-то черный идет...

Старуха-отгадчица

Вот жил старик да старуха, и у них не было хлеба куска поись. Она говорит старику: «Возьми,— говорит,—у суседа (сусед богатый), возьми,— говорит,— коров стадо у богатого мужика, запри,— говорит,— в свою пожню и затыкни колоколы». Там и стали коров тех искать и найти не могут. И она приходит к этому суседу. «А что,— говорит,— батюшко, не могу ли я в сей вечер твоих коров отворотить?» Ну и он говорит: «Ежели,— говорит,— твоя сила будет, чем могу, тем и поплачу,— говорит,— тебе, только коров вороти назад».

Скупой муж

Жил мужик скупящий, жене своей все мерой давал муку, на пять хлебов. Ежели сядут за стол, жена станет только разъедаться,— он и выгонит ее из-за стола: «Выходи, будет ись-то!» И сам выйдет. Вот одинова мужик куды-то уехал; к бабе его пришла суседка и спрашивает: «Добро ли житье-то?» — «Ой ты, голубушка, захотела доброе житье! Сколько вот живу замужем, а досыта не едала, досыта не пивала и больше пяти хлебов не пекала!» — «Ты бы шестой пекла кратчи, спрятала бы да и съела после одна».— «Нельзя ведь никак!»

Причуда

Пошла моя хозяйка в другую деревню к дочери в гости и говорит: «Ты, старик, покарауль ку-рушку, чтобы не унес коршун, сметану спахтай, в погреб поставь; дежа поставлена — хлеб замеси и испеки». Я взял поймал курушку, привязал всех цыплят к ней веревочкой и пустил, поставил дежу на пол месить, поставу привязал к спине и думаю: «Буду хлебы месить, и у меня масло спахтается!» Только хотел месить, смотрю — коршун схватил курушку и всех цыплят. Я в окно глянул — и за коршуном! Споткнулся, упал и поставу разбил.

Муж-дурак

Жили в одной деревне мужик да баба. Му-жик-от уж женился не молод, а баба его была многим моложе. Мужик был простой души человек, так скажи — глупой. Детей они не имели. Держали они скотинки одну корову да бычка. Один человек, прибылой в деревню, и повадился к ним покупать молоко. Баба мужика-то своего мучила все на работе, а сама больше была дома. Человек, за молоком-то который ходил, был усатый, красивый; и как придет по молоко, начинает с бабой разговаривать. Баба-то его и полюбила.

Фомка-дурак и его жена

Жил мужик с бабою; звали его Фомкою, был он большой дурак и трус. Только смеркается, он и на двор побоится выйти. А баба — известное дело, как при таком муже не завести любовника — и таки завела. Один раз Фомка пришел домой пьяный да веселый; еще никогда таким не бывал. Поужинал, снял портки и лег с женой спать. А ночь была темная-темная, дождь как из ведра поливает. На ту пору постучался к бабе любовник, собака и залаяла. Фомка услыхал, что собака на дворе лает, и давай тюкать: «Тю-тю, тю-тю».

Микола Дуплянский

Жил-был старик, у него была жена молодая. Повадился к ней в гости ходить парень, Тереха Гладкий. Опознал про то старик и говорит жене: «Хозяйка, я был в лесу, Миколу Дуплянского нашел: о чем его ни попросишь — то и дает тебе». А сам наутро побежал в лес, нашел старую сосну и залез к ней в дупло. Вот баба его напекла пирогов, колобов да масляных блинов и пошла в лес молиться Миколе Дуплянскому. Пришла к сосне, увидала старика и думает: «Вот он, батюшка, Микола Дуплянский-то!» Давай ему молиться...

Мастерица

Жили-были баба да старик. Баба ленива была, зиму всю не пряла, не ткала. Лежит да полеживает, а мужик ее заставляет прясть да да ткать: «Ты что же не прядешь да не делаешь? Лен у тебя есть, да не моченый, не трепаный!» И все это так, по-хорошему. Она ему и отвечает: «Подожди, уж межговенье буде длинно, да пост семь недель, так я тебе и выпряду, и вытку, семь подштанников да семь рубах!» Вот уж и межговенья прошло семь недель, да и пост наступил, а она все лежит.

Ленивая жена

Жил мужик с женой. Жена была ужасно ленива. Ей ничего не хотелось делать, и до того дошло у них, что не было рубашки. Муж и говорит: «Жена, что же ты не работаешь?» А жена отвечает: «Мне некогда!» — «Что же ты не прядешь?» — «У меня мотовила нет, поди же ты сходи в лес, сруби дерево и сделай мне мотовило, я и стану прясть». Муж взял топор и пошел в лес. А она ему и сказала, где и какое дерево срубить, а сама по другой дороге убежала, нашла пустое дупло да в него и села. Муж приходит, начинает рубить дерево, а она оттуда и говорит...

Ленивая баба

Жила в одном селе ленивая баба. Ничего она делать не хотела, да и не умела. Пока было приданое, она мало-мало одевалась, но вот приданое износилось, и осталась баба в одной-единствен-ной рубахе, да и та уже истлела, еле держалась. Мужик ей начнет, бывало, говорить: «Давай, жена, посеем лен, с одеждой будем!» Ну, куда там! Лен-то надо и посеять, и выполоть, и выдергать, и вымочить... А бабе лень. Вот мужик заработает, себе что-нибудь купит, а ленивой жене ничего.

Тимка да Шимка

Жили мужик да баба, Тимка да Шимка. Тимка отправляет жену на поле жать хлеб. Ну, она на поле пришла, нажала три снопа: один постелила, другой в головы, сама легла, снопом закуталась и заспала. Проспала целый день, вечером пришла домой. Ну, хозяин говорит: «[Много ли] нажала?» — «Местечко нажала». На другой день опять пошла, так же день проспала. Опять пришла домой, он спрашивает: «Много ли нажала?» — «Местечко нажала».

Жена Химка

Жил муж Филя, у него была жена Хима — беспечная, сонливая, нерадивая. Раз в летний день пошла она рожь жать; жать не жала, легла в поле и заснула. Приходит Филя, взял ей остриг голову, обмазал тестом, обсыпал пухом и ушел домой. Вот Хима проснулась, схватилась за голову и говорит: «Что б это значило? По уму-то я Хима, а по голове, кажется, нет! Постой, пойду в деревню: узнаю ли свой двор?» Идет она по деревне, считает дворы, подходит к своему двору и говорит: «Вот наш двор!» Спрашивает хозяина: «Филя, а Филя! Дома ли твоя Хима?»

Упрямая дочь

Жил богатый мужик Егор. Всего у него было вдоволь: и хлеба, и скотины. Но был у него один упрямый бык. Во двор его пустят — всю скотину перебодает, работать запрягут — все упряжки порвет, всех работников поразгоняет. Так ничего с ним сделать не смогли. Такая же была у Егора дочь — суровая, властная, гордая. Работать не хотела, не была приучена. Отец только за голову хватался, глядя на нее. Во двор придет — там бык буйствует, в дом зайдет — там дочь привередничает. А недалеко было село.

Послушная Устя

Доселева одинокий был Мартынко, задумал жениться и пошел свататься к попу; вот и сватает девку Устинью. Поп ему и бает: «Ой, Мартынко, отдал бы, да как станешь жить-то? Ведь Устя уросливая такая!» Мартынко отвечает ему: «Батюшка! Я один, а с ней будем двое, не на кого будет сердиться, не с кем будет браниться». Поп согласился отдать Устю за Мартынка. Вот они и свенчались. Мартынко увез Устю к себе домой; она спрашивает: «Коли ты осердишься, что делаешь?» Он сказал: «Когда я осержусь, с воды пьян бываю!»

Иленька и Уленька

Жил-был Иленька с Уленькой. Поехал Иленька в гости к тетке. Угостила тетка гостя и спрашивает его: «Отчего ты не привез Уленьку?» — «Дома некому»,— отвечает Иленька. Поехал Иленька домой, а тетка послала с ним пирогов — гостинцы Уленьке. Приехал Иленька домой, а Уленьки нет дома. Взял он пироги и спустил в подпол. Пришла Уленька, Иленька ей и сказывает: «Я тебе, Уленька, гостинцы привез».— «Какие гостинцы?» — «Пироги».— «А где же они у тебя?» — «Да в подполе».— «Дурак ты, дурак, Иленька!» — «А ты бы как, Уленька?»

Бурдучок

Один молодой паренек женился на молоденькой девушке. Однажды он ей и говорит: «Поедем к твоему отцу и матери в гости!» Живо запрягли лошадь, сели и поехали. Когда приехали, мать увидала дочку с мужем и как бы испугалась: «Чем же я буду потчевать зятя?» А надо было угостить, но никак не могла придумать. Потому она не могла придумать, что не из чего было готовить. И вот, когда они зашли в избу, поздоровались, мать попросила их пройти вперед и сесть, а сама давай приготовлять угощение. Могла она сварить только кисель.

Богатый жених

У одного богача сын был с порядочной дурью, но богач и быка женит, говорят наши старики, и верно так. Вздумал богач сына женить своего. Говорит своей старухе: «Ну как, баба, думаешь, надо при своих глазах женить!» Тая очень рада была, что старик желает сына женить, и давай его мать научать, как бы покруглей слово говорить, получше. «Смотри же,— говорит,— когда с отцом поедешь в сваты, попроворне будь, словно как духовски мужики». И он только это одно и знал, что не бояться и как бы быть посмелей.

Недодел и Передел

Жили-были старик со старухой, и было у них два сына. Одного звали Фома, а другого Ерема. А прозвища были у них Недодел и Передел. Отправит отец Фому теленку сена накосить охапочку, тот литовку берет и идет на луг. Выберет траву погуще и напластает... целую горсть. Когда вернется, отец его выругает и отправит Ерему. Тот тоже литовку забирает, на луг уходит. И косит, и косит — чуть не весь луг выкосит. Не дай бог дождь! Ждут его, ждут — нет! Отец побежит, Ерема уже вывалил целую полосу!

Рыжий плут

Жил-был купец; у него был сын. Вот однажды посылает он сына в нижние города товары закупать и на прощанье наказывает: «Смотри же, сынок, будь умен да рассудлив, с рыжим да с красным не связывайся!» Поехал купеческий сын в путь-дорогу. День-то был морозный; вот он прозяб и заехал в кабак обогреться; входит — за стойкою сидит рыжий целовальник. «Налей-ка мне,— говорит ему купеческий сын,— стакан доброй наливки». Выпил стакан наливки, и больно пришлась она ему по вкусу: «Вот наливка так наливка! Сто рублей стоит! Налей-ка еще».

Титушка

Не знаю где и в какой стороне жил-был один бедный мужик. У него был сын Титушка. Отец поехал раз в город на базар быков продать, а лошадь молодую купить, а старуха рядна наткала: «Может быть, там, старик, продадите заодно. Там аршин двадцать пять». А Титушка говорит: «Батя, возьми меня с собой, я никогда не был в Воронеже». Он его и взял. Приехали они в Воронеж на базар. Отец говорит: «Ну, Титушка, сиди тут, смотри, как бы жулики не унесли, на рядно сядь, а я пойду в трактир, сейчас ириду».

Иванушка-дурачок

Был-жил старик со старухою; у них было три сына: двое — умные, третий — Иванушка-дурачок. Умные-то овец в поле пасли, а дурак ничего не делал, все на печке сидел да мух ловил. В одно время наварила старуха ржаных клецок и говорит дураку: «На-ка, снеси эти клецки братьям; пусть поедят». Налила полный горшок и дала ему в руки; побрел он к братьям. День был солнечный; только вышел Иванушка sa околицу, увидал свою тень сбоку и думает: «Что это за человек со мной рядом идет, ни на шаг не отстает? Верно, клецок захотел?»

Иван-дурак

Был Ваня-дурак именинник. Мать наварила ему пива и пошла в рынок да велела ему: как зашипит, отдать втулку да замешать. А он взял открыл гвоздь да все пиво и выпустил. И взял корыто да лопату и поехал. Мать пришла, стучится: «Открой, Ваня». Он говорит: «Подожди, мама, доеду, догребу». Он открыл. «Что ты, дурак, сделал?» — «Садись, мамка, перевезу». Она села, он и перевез. «Ступай,— говорит,— я забыла горшков купить, да соли, да крупы». Он пошел и купил. Идет и увидел — три столбика стоят: «Эти бедны солдатишки без шапочек стоят».

Кунтушка

Жили старик со старушкою, у них родился Кунтушка. А почему его назвали Кунтушка? Что он был очень маленький — сам с локоток, а борода с ноготь. Они были Балаганского округа, Черемшинской волости, приписаны к поскотине. У них был коленкоровый дом, са-рапинковые ворота, дабинные подворотни. А в избе был стол дубовый и самовар без кранту новый. И чайник был — без носу, наливал он каждому без спросу. Вот они стали жить да поживать, а сын ихний стал по селам гулять. Однажды он бежал по улице. Бежит ему навстречу свадьба.

Дурень

Жила-была вдова; у нее был сын дурачок. Он только и делал, что в гармонию играл. Вот ему мать и говорит: «Что ты все играешь! Ты бы куда-нибудь пошел!» Дурак пошел, вышел за дворы; его дядя с сыновьями сеет хлеб. Вот он и говорит: «Дай бог упасть, чтоб пропасть!» Они его ухватили и давай бить, оттаскали его. Приходит он домой и плачет. Мать стала спрашивать: «О чем ты, сын, плачешь?» — «Меня дядя оттаскал; он что-то на поле бросал, я ему сказал: «Дай бог упасть, чтобы пропасть», он и давай меня таскать».

Набитый дурак

Жила-была вдова; у нее был сын дурачок. Он только и делал, что в гармонию играл. Вот ему мать и говорит: «Что ты все играешь! Ты бы куда-нибудь пошел!» Дурак пошел, вышел за дворы; его дядя с сыновьями сеет хлеб. Вот он и говорит: «Дай бог упасть, чтоб пропасть!» Они его ухватили и давай бить, оттаскали его. Приходит он домой и плачет. Мать стала спрашивать: «О чем ты, сын, плачешь?» — «Меня дядя оттаскал; он что-то на поле бросал, я ему сказал: «Дай бог упасть, чтобы пропасть», он и давай меня таскать».

Дурак и береза

В некотором царстве, в некотором государстве жил-был старик, у него было три сына: двое — умных, третий — дурак. Помер старик, сыновья разделили именье по жеребью: умным досталось много всякого добра, а дураку один бык — и тот худой! Пришла ярмарка; умные братья собираются на торг ехать. Дурак увидал и говорит: «И я, братцы, поведу своего быка продавать». Зацепил быка веревкою за рога и повел в город. Случилось ему идти лесом, а в лесу стояла старая сухая береза; ветер подует — и береза заскрипит.

Анонсы

1.06.2015:
№81 "Много лет спустя"

Сказка дня

Мудрый ткач

днажды, когда царь сидел на троне, из дальних стран пришел к нему путник, очертил полосу вокруг его трона и молча стал поодаль. Царь ничего во всем этом не понял. Он вызвал своих приближенных, но и те ничего не могли понять. Для царя было большим позором, что во всей его стране не нашлось человека, кто бы мог разгадать, что это значит. Он издал строгий приказ, что казнит всех мудрецов своей страны, если они не решат этой загадки. Приближенные царя, искавшие мудреца, который мог бы разгадать эту тайну, случайно набрели на один дом.

Узнать, что было дальше

Яндекс цитирования